Судьба отца и его отношение к сыну

О происхождении и жизни Алоиза Гитлера до рождения Адольфа Иоахим Фест (Fest, 1978) докладывает последующее.

"В доме № 13 в деревне Штронес, где жил бедный крестьянин Иоганн Труммельшлягер, незамужняя батрачка Мария Анна Шикльгрубер родила отпрыска, которого в тот же денек назвали Алоизом. Это вышло 7 июня 1837 г. В метрической книжке уездного села Деллерсхайм графа "отец" осталась Судьба отца и его отношение к сыну незаполненной. Ничего не изменило и то событие, что Мария Анна через 5 лет вышла замуж за безработного Иоганна Георга Гидлера, по профессии подручного мельника. В том же году она дала собственного отпрыска деверю крестьянину Иоганну Непомуку Гюттлеру[12]из Шпиталя, видимо из опаски, что не сможет дать ребенку соответственное воспитание Судьба отца и его отношение к сыну; во всяком случае Гидлеры так обнищали, что спали в корыте для скота.

Считается, что папой Алоиза был кто-то из 2-ух братьев. Правда, Я один из приближенных Гитлера убеждал, что папой Алоиза Шикльгрубера был проживавший в Граце еврей по фамилии Франкенбергер. Maрия Анна Шикльгрубер типо была его Судьба отца и его отношение к сыну служанкой и забеременела конкретно тогда, когда жила в его доме. В собственных показаниях на Нюрнбергском процессе прошлый генерал-губернатор Польши Ханс Франк, который до прихода Гитлера к власти был его личным адвокатом, заверил, что в 1930 г. отпрыск его сводного брата Алоиза прислал, может быть с целью шантажа, письмо, в Судьба отца и его отношение к сыну каком смутно намекал на некоторые "таинственные происшествия" родословной Гитлера. Франк здесь же получил задание потаенно заняться этим делом. Он сделал вывод, что предположение о причастности Франкенбергера к возникновению на свет отца Гитлера никак не является совсем необоснованным. Правда, никаких убедительных доказательств Франк так и не представил, а в свете Судьба отца и его отношение к сыну новейших исторических исследовательских работ эта версия представляется более чем непонятной. Проведенное гестапо по приказу Гиммлера в августе 1942 г. повторное расследование также оказалось безрезультативным. С уверенностью можно только утверждать, что Адольф Гитлер не знал, кто был его дед. Этот факт, непременно, сыграл свою роль в формировании его внутреннего мира, ибо он начал колебаться Судьба отца и его отношение к сыну, а не был ли вправду его дед евреем. Другая теория, согласно которой "с практически стопроцентной вероятностью" дедом Гитлера был Гют-тлер, ибо Анна Шикльгрубер "не случаем дала отпрыска деверю", не лишена оригинальности, но также совсем бездоказательна. Вобщем, довольно представить для себя атмосферу нужды, невежества и последней религиозности Судьба отца и его отношение к сыну, в какой вырос отец Гитлера, чтоб осознать, что пробы узнать его родословную, по видимому, обречены на беду.

Через 29 лет после того, как Мария Анна Шикльгрубер погибла от грудной водянки в местечке Кляйн-Маттен неподалеку от деревни Штро-нес, и через 19 лет после погибели ее супруга Иоганн Непомук совместно с 3-мя Судьба отца и его отношение к сыну товарищами пришел к священнику и попросил записать в метрическую книжку, что папой Алоиза был его брат. Священника звали Цан-ширм, и пребывал он в Деллерсхайме; Алоизу к тому времени уже исполнилось 40 лет, и работал он на таможне. Типо покойный брат подтвердил перед гибелью свое отцовство и сделал это в присутствии Судьба отца и его отношение к сыну 3-х очевидцев, которых Иоганн и привел.

Непонятно, поверил ли им священник либо просто отдал себя уговорить. Но в метрике он зачеркнул слово "внебрачный", написал сверху "рожден в легитимном браке" и заполнил графу "отец". На полях он сделал последующую запись: "Факт признания Георгом Гитлером отцовства, также его просьба о Судьба отца и его отношение к сыну внесении его имени в метрическую книжку подтверждаются очевидцами, лично знавшими Георга Гитлера, а конкретно Йозефом Ромедером, Иоганном Брайтенэдером, Энгельбертом Пауком". Трое безграмотных очевидцев поставили понизу каждый по три креста, а священник написал рядом их имена. Правда, он запамятовал поставить дату и свою подпись и записал фамилию Гидлер (Гюттлер Судьба отца и его отношение к сыну) как Гитлер. Подписей родителей тоже, естественно, не было. Так, хотя и с нарушением закона, Алоиз Шикльгрубер с января 1877 г. получил право носить фамилию Гитлер.

Начало этой интриге положил, непременно, Иоганн Непомук Гюттлер, т.к. конкретно он воспитал Алоиза и по полностью понятной причине гордился им. Его приемный отпрыск Судьба отца и его отношение к сыну совершенно не так давно получил увеличение по службе, был женат и очевидно достигнул в жизни большего, чем кто-нибудь еще из рода Гюттлеров (Гидлеров). Полностью естественно, что Иоганн Непомук возжелал дать ему свою фамилию. Со собственной стороны, Алоиз, энергичный и ответственный человек, также был заинтересован в этом, т.к. на Судьба отца и его отношение к сыну службе ему открылась не плохая перспектива и его не устраивало то, что он числился внебрачным отпрыском. Еще в тринадцатилетнем возрасте он перебрался в Вену, где начал было обучаться сапожному ремеслу, но потом передумал и устроился в ведомство таможенных сборов. Там его достаточно стремительно повысили в должности и с Судьба отца и его отношение к сыну течением времени ему был присвоен потрясающий чин старшего оффициала[13]. Это был самый высочайший чин, на который могли рассчитывать муниципальные служащие, имевшие такое образование, как Алоиз. Он с видимым наслаждением исполнял свои обязанности, охотно находился на официальных мероприятиях и обожал, когда к нему обращались, на сто процентов называя его чин Судьба отца и его отношение к сыну. Один из сослуживцев охарактеризовал его, как "серьезного и даже педантичного" бюрократа. Когда один из родственников попросил посодействовать его отпрыску избрать профессию, Алоиз Гитлер ответил, что служба в денежных органах просит "абсолютного послушания начальству и обязательного выполнения собственных обязательств", и что для нее совсем не подходят "запивохи, живущие в долг, игроки Судьба отца и его отношение к сыну и вообщем все, кто склонен к безнравственному стилю жизни". На сохранившихся фото - обычно он снимался в связи с созданием в очередной чин - изображен статный мужик в мундире с начищенными до блеска пуговицами, грубоватым, приемлимо чиновничьим лицом и недоверчиво-оценивающим взором. Чувствовалась его жизнестойкость, обычная для тех, кто родом Судьба отца и его отношение к сыну из обычной семьи, но сразу было видно, что он знает для себя стоимость" (J. Fest, 1978, S.31).

К этим сведениям можно еще добавить, что Мария Шикльгрубер после рождения отпрыска четырнадцать лет получала пособие от уже известного нам еврейского коммерсанта Франкенбергера. В размещенной Фестом в 1973 г. биографии Гитлера именуется его имя Судьба отца и его отношение к сыну. Текст же записки, которую представил юрист Гитлера Франк Интернациональному военному трибуналу, приводится в другой книжке Феста, вышедшей 10 годами ранее. В ней, а именно, говорится: "Отец Гитлера был внебрачным отпрыском кухарки Шикльгрубер, которая была родом из Леондинга, неподалеку от Линца. Бабушка Гитлера родила (поточнее - забеременела. - А.М.), когда служила в доме Судьба отца и его отношение к сыну еврея Франкенбергера в Граце. Он в предстоящем заместо собственного отпрыска, которому тогда, в 30-е гг. XIX в., было около 19 лет (и от которого, по воззрению создателя, Мария забеременела, - А.М.), платил ей пособие прямо до четырнадцатилетия ее отпрыска. Мария Шикльгрубер и Франкенбергер много лет переписывались, и меж строками их Судьба отца и его отношение к сыну писем можно было прочесть, что Мария зачала от Франкенбергера при обстоятельствах, вынудивших его платить алименты" (J.Fest, 1963, S.18).

Если память обо всем этом сохранилась в течение 100 лет, означает, в деревне многие знали и о переписке, и о том, что негоциант мог быть папой Алоиза. Навряд ли Алоиз ничего не Судьба отца и его отношение к сыну знал об этом, и навряд ли кто из его знакомых задумывался, что коммерсант платит средства Марии просто из благородства. При таком раскладе Алоиз мог стыдиться бедности, непонятного происхождения, того, что он был обязан расстаться с мамой в пятилетнем возрасте, и того, что папой его, может быть, был еврей.

1-ые три происшествия Судьба отца и его отношение к сыну не вызывали никаких колебаний. 4-ое же ничем не подтверждалось, но на актуальной ситуации Алоиза это никак не сказывалось, и положение его легче не становилось. Как можно защититься от злорадного шепота за собственной спиной? 1-ые три фактора не мешают человеку сделать свою жизнь. Можно, например, высоко подняться по служебной лестнице Судьба отца и его отношение к сыну и позабыть про бедность. С этой точки зрения жизнь Алоиза удалась. Исполнилось также и подсознательное желание отомстить папе за свое рождение вне уз легитимного брака, ибо обе супруги Алоиза забеременели еще до брака, и его малыши вроде бы повторили судьбу отца. Но ответ на вопрос о собственном настоящем Судьба отца и его отношение к сыну происхождении он за всю жизнь так и не отыскал.

Но неведение собственного настоящего происхождения может навечно лишить человека покоя, в особенности если, как в этом случае, о нем повсевременно распространяются черные слухи, которые нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть.

Не так давно я услышала об одном восьмидесятилетнем эмигранте Судьба отца и его отношение к сыну из Восточной Европы, который вот уже 35 лет совместно с супругой и взрослыми детками живет в одной из западноевропейских государств. Каково же было его удивление, когда он вдруг получил письмо из Русского Союза от собственного пятидесятитрехлетнего внебрачного отпрыска, которого издавна считал мертвецом. Мальчугану было три года, когда расстреляли его мама. Отца по обвинению Судьба отца и его отношение к сыну в политическом злодеянии бросили в кутузку. Позже ему даже в голову не пришло заняться поисками отпрыска, так как он был твердо убежден в его погибели. Отпрыск, носивший фамилию мамы, написал в письме, что вот уже 50 лет ему не дает покоя идея об отце, что он собирал любые сведения Судьба отца и его отношение к сыну о нем и что нередко оказывался на неверном пути. В конце концов он смог выяснить фамилию отца и найти его. Можно представить для себя, как он идеализировал отца и какие надежды ложил на встречу с ним. Ведь ему, проживавшему в провинциальном русском городе, стоило большого труда отыскать отца, эмигрировавшего Судьба отца и его отношение к сыну в Западную Европу.

Вывод из всей этой истории, на мой взор, такой: человеку очень принципиально снять все вопросы, касающиеся его происхождения. Но Алоизу Гитлеру навряд ли могла придти в голову такая идея. К тому же он не мог идеализировать отца. Ведь, по слухам, его отец был евреем, а Судьба отца и его отношение к сыну означает мама опоганила весь собственный род и обрекла отпрыска на изоляцию в обществе. Смена имени в возрасте сорока лет, описанная Фестом, указывает, но, что Алоизу было совсем не индифферентно его происхождение. Напротив, неясность по этому вопросу не могла не стать предпосылкой духовного кризиса.

Но такие духовные кризисы нельзя убрать при помощи Судьба отца и его отношение к сыну официальных документов. Ни усыновление, ни смена фамилии тут не посодействуют. Вроде бы отец ни важничал своими наградами, какие бы высочайшие должности он ни занимал, детки все равно в какой-то момент ощутят разлад в его душе.

Джон Толанд пишет:

"Нрав у него очень испортился и раздражение он Судьба отца и его отношение к сыну повсевременно срывал конкретно на Алоизе-младшем. Одно время отец находился в гнусных отношениях с отпрыском, так как он добивался беспрекословного выполнения всех собственных требований, а отпрыск отрешался ему подчиняться. Позже Алоиз-младший сетовал, что отец "безжалостно избивал его бичом из крокодиловой кожи". Но в то время в Австрии грозные телесные Судьба отца и его отношение к сыну наказания малышей были нормой; многие считали, что они благотворно действуют на духовное развитие малыша. Как-то мальчишка три денька не прогуливался в школу, так как занимался созданием игрушечного кораблика. И хотя этим своим увлечением он был должен конкретно папе, сейчас Алоиз-старший так рассвирепел, что избил отпрыска Судьба отца и его отношение к сыну плеткой до утраты сознания. По неким данным, Адольфа (правда, несколько пореже) также подвергали телесным наказаниям, а свою собаку владелец лупил до того времени, "пока она не начинала вся извиваться и делать на полу лужицы". По словам Алоиза-младшего, жертвой не один раз становилась терпеливая, готовая вынести любые припирания их мама Клара Гитлер Судьба отца и его отношение к сыну. Если все это правда, то такового рода эпизоды домашней жизни не могли не сказаться самым значимым образом на психике Адольфа Гитлера" (J. Toland, 1977, S.26).

Типично, что Толанд на всякий случай оговаривается (если все это правда), хотя сам получил эту информацию от сестры Адольфа Гитлера Паулы. Он, правда, не Судьба отца и его отношение к сыну стал публиковать ее в собственной книжке. Рассказ Паулы со ссылкой на Толанда приводит в собственной книжке Хельм Штирлин:

"Конкретно Адольф повсевременно провоцировал отца и поэтому раз в день получал благопристойную взбучку. Он был законченным шалопаем и к тому же позволял для себя неблагопристойные выражения. Все пробы отца Судьба отца и его отношение к сыну вышибить из него дурь и вынудить избрать карьеру бюрократа ни к чему не привели" (Stierlin, 1975, S. 23).

Если сама сестра Адольфа Паула лично поведала Джону Толанду об этом, то нет никаких оснований колебаться в правдивости его слов. Необходимо, но, отметить, что создатели биографий, описывая детство собственных героев, обычно, не пробуют вчувствоваться Судьба отца и его отношение к сыну в то, что переживал ребенок, и поэтому подсознательно пробуют принизить ту роль, которую сыграло в их жизни родительское насилие. В этой связи в особенности увлекателен отрывок из книжки Франца Етцингера:

"Сильно много написано о том, что отец избивал злосчастного мальчугана. В главном ссылались на выражения Ангелы, которая типо гласила: "Адольф Судьба отца и его отношение к сыну, вспомни, как я и мама хватали отца за полы мундира, когда он желал избить тебя!" Все это более чем непонятно. После службы в Хафельде отец больше не носил мундир, а в последний год службы в Хафельде он жил раздельно от семьи. Как следует, описанные Ангелой действия могли произойти приблизительно в Судьба отца и его отношение к сыну 1892-1894 годах, когда Адольфу было только четыре года, а ей самой двенадцать лет, и она точно не осмелилась бы хватать серьезного отца за фалды. Всю эту историю придумал тот, кто очевидно был не очень силен в хронологии.

Сам фюрер как-то поведал своим секретарям, которым вообщем обожал пудрить Судьба отца и его отношение к сыну мозги, что отец в один прекрасный момент 30 раз стукнул его по тому месту, что ниже спины. Но уже подтверждено, что не многим этим историям можно веровать, тем паче что в этом случае об этих побоях стало понятно в связи с рассказами фюрера о мужественных индейцах. Гитлер похвалился, что Судьба отца и его отношение к сыну он, как краснокожий, стиснул зубы и даже звука не издал. Полностью может быть, что непослушливый и упорный мальчик время от времени получал заслуженное наказание за какую-нибудь провинность, но его уж точно нельзя отнести к числу "малышей, которых мучили". В конце концов, его отец был прогрессивно мыслящим человеком, и Судьба отца и его отношение к сыну это проявлялось во всем. Разъяснения, не подтвержденные фактами, только усложняют разгадывание парадокса Гитлера.

Напротив, есть еще больше оснований полагать, что, когда семья Гитлеров жила в Леондингине и папе уже было за шестьдесят, он махнул рукою на непослушливого мальчишку и вообщем не стал заниматься его воспитанием" (Jetzinger, 1957, S.94).

У меня также Судьба отца и его отношение к сыну нет никаких обстоятельств колебаться в корректности хронологии Етцингера, а, означает, я еще более убеждаюсь в том, что Адольфа начали избивать, когда ему еще даже не исполнилось 4 лет. Тому доказательство вся жизнь Адольфа Гитлера. Не случаем в "Майн Кампф" говорится о "3-х летнем ребенке" (см. ниже). Етцингер разумеется подразумевает, что такое Судьба отца и его отношение к сыну просто нереально. А почему нет? Ведь небольшой ребенок очень нередко становится для взрослого воплощением вытесненного в подсознательное, а потом отщепленного зла[14]. В педагогических трактатах, а именно, в необыкновенно фаворитных в свое время книжках доктора Шребера, безотступно рекомендовалось подвергать малышей телесным наказаниям. В их подчеркивалось, что необходимо начинать изгонять зло Судьба отца и его отношение к сыну с самого ранешнего возраста, а по другому "оно воспрепятствует развитию добра". Не считая того, из газет мы знаем, что мамы нередко избивают новорожденных. Наверняка, мы знали бы еще больше, если б педиатры откровенно поведали о том, с чем им приходится сталкиваться раз в день. Но прямо до Судьба отца и его отношение к сыну недавнешнего времени их заставляла молчать необходимость соблюдения докторской потаенны (по последней мере так обстояли дела в Швейцарии), а сейчас они молчат либо по привычке, либо "по суждениям морали". Если же кто-нибудь усомнится в том, что с Адольфом Гитлером в детстве безжалостно обращались, то процитированный отрывок из книжки Етцингера содержит совсем беспристрастную Судьба отца и его отношение к сыну информацию, хотя сам создатель желал обосновать обратное, во всяком случае, сознательно. Подсознательно же он очевидно ощущал шаткость собственной позиции. Либо Ангела по-настоящему страшилась серьезного отца, тогда и Алоиз совсем не был таким доброжелательным, каким его изображает Ет-цингер, либо же он был вправду хорошим, но тогда Судьба отца и его отношение к сыну Ангеле не надо было его страшиться.

Я так длительно разбирала этот отрывок только поэтому, что он верно обосновывает, как снисходительное отношение создателя к родителям искажает биографии. Такая позиция (на самом деле педагогическая) тянет за собой самые внезапные интерпретации. Так, Етцингер гласит, что Гитлер "пудрит секретарям мозги", хотя по сути Судьба отца и его отношение к сыну он ведает горькую правду. Дальше создатель утверждает, что Адольф не относится к числу "малышей, которых мучили", так как был "непослушливым и упорным" и за это "получал заслуженное наказание". К тому же его отец "был прогрессивным человеком ", и "это проявлялось во всем" (!). То, как Етцингер соображает прогрессивность, представляется само мало странноватым Судьба отца и его отношение к сыну. Вобщем, вправду есть отцы, имеющие прогрессивные суждения о чем угодно, не считая воспитания малышей, которых (либо 1-го из которых) они и подвергают насилию. А вот вам наглядный пример вывода, неправильного исходя из убеждений психологии. По воззрению Феста, только приготовленная Франком в 1938 г. справка о вероятном еврейском происхождении Алоиза Судьба отца и его отношение к сыну Гитлера вызвала у фюрера бурный всплеск ненависти к папе. Но если я считаю, что зародившаяся в детстве Гитлера ненависть к папе в предстоящем вылилась в ненависть к евреям, то Фест, напротив, считает, что Адольф Гитлер исключительно в зрелом возрасте проникся ненавистью к папе.

Он пишет:

"Можно только догадываться, какую Судьба отца и его отношение к сыну реакцию вызвали эти сведения у человека, как раз вознамерившегося захватить власть в Германии, но почти все гласит о том, что неизменная неприязнь к папе в один момент перебежала в открытую ненависть. В мае 1938 г., сразу после присоединения Австрии, он отдал приказ устроить на месте деревни Деллерсхайм и близкорасположенных окружностей учебный полигон Судьба отца и его отношение к сыну. Место, где родился его отец и где была захоронена его бабушка, танки вермахта сровняли с землей" (J.Fest, 1963, S.18).

Настолько свирепая ненависть к папе никак не может в один момент зародиться в голове взрослого человека, она не может быть вызвана "умственно обоснованным" антисемитизмом, ее корешки уходят в смутные Судьба отца и его отношение к сыну мемуары о дальнем детстве. Симптоматично и то, что и Етцингер меняет местами причину и следствие, когда пишет, что после сообщения Франка "политическая ненависть" к евреям "вылилась" в "личную ненависть" к папе и членам семьи (ср. Jetzinger, S.54).

После погибели Алоиза выходившая в Линце газета "Тагеспост" опубликовала некролог Судьба отца и его отношение к сыну, в каком, а именно, говорилось: "И хотя иногда с уст его срывалось резкое слово, под грубой оболочкой билось доброе сердечко. Он был всегда готов отстаивать право и справедливость, и благодаря широким познаниям всегда мог сказать значимое слово". С надгробного камня на его могиле на нас взирает решительный бюрократ таможенной службы, взор Судьба отца и его отношение к сыну которого устремлен поверх наших голов" (цит. по: Toland, 1977, S.34).

Согласно Смиту, "Алоиз даже испытывал глубочайшее почтение к правам человека и хлопотал о благосостоянии людей" (Stierlin, S. 20).

То, что при общении с "глубокоуважаемыми личностями " кажется "грубой оболочкой", оборачивается для их собственных малышей реальным адом. Это отлично показано в последующем отрывке Судьба отца и его отношение к сыну из книжки Джона Толанда:

"На стадии в особенности гневной борьбы с папой Адольф решил бежать из дома. Алоиз вызнал об этом и запер его в одной из комнат верхнего этажа. Ночкой мальчишка попробовал пролезть через приоткрытое окно, но щель оказалась очень узка, и Адольф скинул с себя Судьба отца и его отношение к сыну одежку. В этот момент он услышал на лестнице шаги отца и прикрыл свою наготу скатертью. Алоиз не стал хвататься за плеть. Он разразился хохотом и позвал супругу: пусть, мол, она полюбуется "на мальчугана в тоге". Изымательство задело малыша посильнее, чем хоть какое физическое воздействие. Позже Гитлер признавался Лене Ханфштенгль, что "длительно" не Судьба отца и его отношение к сыну мог запамятовать этот эпизод.

Много лет спустя Гитлер поведал одной из собственных секретарш, что в одном приключенческом романе прочитал о таком признаке мужества, как умение молчком переносить боль. Тогда и "в последующий раз я даже звука не издал, и только считал удары. Мама молчком в ужасе Судьба отца и его отношение к сыну стояла за дверцей и, наверняка, поразмыслила, что я сошел с мозга, когда я, сияя от гордости, сказал: "Отец 32 раза стукнул меня"" (Toland, S. 30).

Создается воспоминание, что Алоиз действовал под воздействием слепой ярости и назойливого желания, заставляя рассчитываться за перенесенные в детстве унижения конкретно Адольфа.

Предпосылки этого невроза назойливого состояния поможет прояснить последующая Судьба отца и его отношение к сыну история. В одной из американских телепередач проявили группу психоаналитической взаимопомощи, состоящую из юных матерей. Они поведали, как они издевались над своими новорожденными детками. Одна из их, измученная непрерывными кликами малыша, стукнула его о стенку, а потом, в отчаянии (которое удалось ощутить слушателям), уже не зная, что Судьба отца и его отношение к сыну делать, позвонила по телефону службы доверия. Когда дежурный спросил ее, а кого она, фактически говоря, желала избить, юная мама к собственному удивлению ответила, что саму себя, заплакала и свалилась в обморок.

Эта история разъясняет мое восприятие поведения Алоиза. Но небольшой Адольф ничего не мог об этом знать и был обязан жить Судьба отца и его отношение к сыну в неизменном ужасе. Сразу он стремился выработать нрав, загоняя это чувство, как и чувство боли, вовнутрь, ибо только таким макаром он мог сохранить самоуважение; но конкретно это и привело позднее к включению механизма отщепления и проекции.

Какую ужасную подспудную зависть вызывал у Алоиза небольшой мальчишка одним только фактом собственного существования Судьба отца и его отношение к сыну! Рожденный в легитимном браке, к тому же отпрыск старшего таможенного оффициала, живущий с мамой, а не отданный из-за беспросветной бедности на воспитание чужим людям! И даже отца собственного он знал (тем паче что тот каждый денек ему напоминал о для себя беспощадной поркой, видимо, для того Судьба отца и его отношение к сыну, чтоб мальчишка запомнил на всю оставшуюся жизнь, как отлично иметь отца). Ведь конкретно выяснить имя собственного отца так желал Алоиз, и конкретно этого, невзирая на все усилия, он так и не сумел сделать, ибо никому не дано поменять свою детскую судьбу. Приходиться либо мириться с горьковатой правдой дальнего прошедшего, либо гневно Судьба отца и его отношение к сыну опровергать ее, принося тем мучения другим.

Очень многим тяжело смириться с идеей о том, что их поведение больно лупит по ни в чем же не повинным людям. Ведь еще в детстве их приучили к тому, что ожесточенное наказание - это неминуемая расплата за какую-либо провинность. Одна учительница Судьба отца и его отношение к сыну говорила мне, что многие малыши, посмотрев кинофильм про холокост, гласили: "Евреи сами повинны, по другому их бы не наказали так безжалостно".

Эти слова позволяют осознать усилия создателей чуть ли не всех биографий Адольфа Гитлера, приписывающих собственному герою в детстве такие пороки, как лень, упрямство и склонность ко ереси. Но неуж Судьба отца и его отношение к сыну-то ребенок рождается лгуном? И разве не ересь дает ему единственный шанс выжить и сохранить остатки плюсы, имея такового отца? И разве не полная зависимость от настроения другого человека заставляла Адольфа Гитлера (да разве только его 1-го!) двуличничать и приносить домой нехорошие отметки, т.к. это позволяло ощутить себя хоть Судьба отца и его отношение к сыну в чем либо независящим? Не исключено, что Гитлер, описывая позже собственный открытый конфликт с папой по вопросу о выборе профессии, задним числом несколько преумножал свою роль. Но вышло это совсем не поэтому, что отпрыск по природе собственной был трусом", а поэтому, что с таким папой вообщем ничего нельзя было Судьба отца и его отношение к сыну дискуссировать. Вероятнее всего настоящее положение дел отражает последующая цитата из "Майн Кампф":

"Я даже мог для себя позволить не высказывать открыто свои взоры, чтоб не вызывать сходу гневные возражения отца. Я уже твердо решил отрешиться в дальнейшем от карьеры бюрократа и поэтому внутренне был совсем спокоен" (цит. по: К Судьба отца и его отношение к сыну.Heiden, 1936, S.16).

Броско, что Конрад Хайден, который приводит эту цитату в собственной книжке, здесь же именует собственного персонажа "небольшим трусом". Мы требуем от малыша, чтоб он, живя практически в критериях тоталитарного режима, был искренним, но, совместно с тем, никогда не возражал папе, всегда приносил домой отличные отметки Судьба отца и его отношение к сыну и вообщем безоговорочно делал свои обязанности.

Один из биографов Гитлера Рудольф Ольден последующим образом разъясняет причину нехороший успеваемости Адольфа:

"Еще больше усилилось нежелание ходить в школу. Он вдруг оказался совсем неспособным к учебе, т.к. единственным побудительным мотивом к ней была жесткая рука отца. Со гибелью отца пропал Судьба отца и его отношение к сыну принципиальный стимул" (R.Olden, 1935, S.18).

Итак, стимулом были побои. Но ведь в той же самой книжке создатель некоторое время назад так охарактеризовал Алоиза:

"После ухода на пенсию и переезда в деревню он сохранил прежний чиновничий гонор и добивался, чтоб его как и раньше называли "государем старшим таможенным оффициалом". Фермеры - как Судьба отца и его отношение к сыну богатые, так и те, кто даже не имел собственного дома, привыкшие обращаться друг к другу на "ты", хохота ради пошли ему навстречу. С крестьянами он так и не сдружился, а в семье установил самую реальную диктатуру. Супруга смотрела на него снизу ввысь, а детям он давал ощутить, какая у Судьба отца и его отношение к сыну него крепкая рука. Адольфа он совсем не осознавал и повсевременно истязал его. Когда Алоизу необходимо было позвать Адольфа, он, прошлый унтер-офицер, свистел, и ребенок был должен бежать на этот свист" (R. Olden, S. 12).

Ольден выпустил свою книжку в 1935 г., когда были живые еще многие обитатели Браунау, отлично Судьба отца и его отношение к сыну знавшие семью Алоиза Гитлера. От их совершенно несложно было почерпнуть правдивую информацию. Но как мне понятно, ни в какой из биографий Гитлера, вышедших после войны, нет таких подробностей. Человек, который свистом, как собаку, подзывает к для себя собственного малыша, очень похож на надзирателя концлагеря, и современные биографы по полностью понятной Судьба отца и его отношение к сыну причине постеснялись упомянуть этот эпизод. Зато в их книжках выслеживается тенденция приукрашивания вида отца. Они либо разъясняют его ожесточенное воззвание с детками тем, что телесные наказания числились тогда полностью обычным явлением, либо, подобно Етцингеру, считают, что Адольф Гитлер вообщем не подвергался насилию. Конкретно Етцингер, строя замки на песке, пробует обосновать, что Судьба отца и его отношение к сыну все обвинения Алоиза в беспощадности - "инсинуация". Вобщем, это логично. В собственных психических выводах он неподалеку ушел от Алоиза Гитлера. Грустно только то, что многие более поздние работы основываются как раз на его выводах.

В реальности же Гитлер подсознательно подражал папе. В кинофильме Чаплина он, бравый полководец, достаточно смешон. Таким Судьба отца и его отношение к сыну же лицезрели Гитлера и его противники. Но ведь конкретно таким и был Алоиз в очах собственного отпрыска. Но был к тому же другой Алоиз - суровый супруг мамы Адольфа Клары, которой он внушал глубочайшее почтение и которая практически трепетала перед ним. В самом ранешном детстве Адольф, непременно, тоже Судьба отца и его отношение к сыну принимал его конкретно таким, и какая-то частичка этого восприятия сохранилась глубоко в его подсознании. Он принудил германский люд отнестись к нему так, как мама когда-то относилась к папе, и узреть в нем могучего, возлюбленного, почитаемого вождя. Гитлер, непременно, был творческой личностью, и иногда тяжело избавиться от чувства, что Судьба отца и его отношение к сыну вот поэтому он так усиленно стремился сделать собственных современников участниками потрясающего спектакля, главное действующее лицо которого - люд - должно было боготворить фюрера так, как он в свое время боготворил отца. Ведь не случаем он ввел порядок, при котором даже друг дружку следовало приветствовать восклицанием "Хайль Гитлер!" Об этом Судьба отца и его отношение к сыну до сего времени помнит каждый, кто жил в то время. Кто-то имел возможность глядеть на него очами доверчивого восхищенного малыша, другим была уготована роль ребенка-жертвы, объекта истязания. Любая творческая личность обращается к мемуарам о детстве, уцелевшим в подсознательном, и никто бы Гитлера в этом не упрекнул, если б его спектакль Судьба отца и его отношение к сыну не стоил жизни многим миллионам ни в чем же не повинных людей. А скольким, оставшимся в живых, была причинена глубочайшая психологическая травма, так как они стали объектом проекции отщепленного зла!

Вобщем, невзирая на то, что небольшой Гитлер до появления конфликтов с папой подсознательно отождествлял себя с Судьба отца и его отношение к сыну ним, в книжке "Майн Кампф" есть места, где он дает осознать, что уже в 3-х летнем возрасте он был способен принимать почти все как автономная личность.

"В подвале, в квартирке из 2-ух комнат, ютится семья из 6 человек. Одному из отпрыской, положим, три года. [...] Скученность и теснота делают жизнь нестерпимой и Судьба отца и его отношение к сыну приводят к неизменным размолвкам и ссорам. [...] Предки бранятся меж собой практически каждый денек, и грубость выражений, которые они при всем этом употребляют, навряд ли может быть затмить. Естественно, что в какой-то момент это должно отразиться на детях. Каким же образом? Это знает только тот, кто лицезрел, как Судьба отца и его отношение к сыну опьяненный отец избивает мама... Другой шестилетний ребенок знаком с тем, о чем взрослые и мыслить страшатся. Как не держать в голове... Ведь то, что он лицезреет и слышит дома, не вдохновляет его обожать близкого собственного. [...] В особенности плохо все может окончиться, если отец обязательно желает я настоять на собственном, а мама ради Судьба отца и его отношение к сыну деток противится этому - тогда появляется скандал. В той мере, в какой отец отдаляется от мамы, он приобщается к бутылке. И если он в субботу либо воскресенье приходит домой поздно ночкой, опьяненный в доску и без гроша в кармашке, то нередко разыгрываются такие сцены... Не приведи Бог Судьба отца и его отношение к сыну!

Я сам все это лицезрел сотки раз. [...]" (Stierlin, 1975, S.24).

Если б Гитлер сказал от первого лица о том, что пережил этот мальчишка, которому "положим, три года ", это было бы, естественно, ниже его плюсы. На это он никак не мог пойти. Но колебаться в достоверности рассказа не приходится.

Гитлеру практически удалось сделать Судьба отца и его отношение к сыну жертвой собственной домашней драмы весь германский люд. Так именуемые "законы о защите чистоты расы " обязали всех германцев обосновывать чистоту собственного происхождения до третьего колена. Отсутствие убедительных доказательств либо попытка подделать свою родословную могли повлечь за собой публичное презрение, разные унижения и, в конце концов, погибель. Это происходило в мирное время Судьба отца и его отношение к сыну в государстве, гордо именовавшем себя правовым. У данного парадокса нет никаких исторических аналогов. К примеру, в эру инквизиции евреи могли спасти свою жизнь, перейдя в христианскую веру. Но в "3-ем рейхе" ни приклнное поведение, ни награды прошедших лет не давали им ни малейгиего шанса выжить. А сейчас вспомним, как Судьба отца и его отношение к сыну обращался в детстве отец с небольшим Адольфом. Разве ребенок, которого, как собаку, зовут к для себя свистом, не похож на полностью бесправного еврея в "3-ем рейхе"? Ведь у него нет даже имени. Разве судьбу еврейского народа не обусловили два очень существенных момента из биографии Гитлера?

1. Как понятно, отец Судьба отца и его отношение к сыну Гитлера, невзирая на все усилия, позволившие ему многого достигнуть в жизни, так и не сумел избавиться от "зазорного пятна". Таким же позором были покрыты в Германии евреи, которым предписывалось повсевременно носить на одежке звезду Давида. Не исключено, что неизменные переезды отца с места на место (по сведениям Феста, он менял Судьба отца и его отношение к сыну место проживания одиннадцать раз) были обоснованы не только лишь служебной необходимостью. Может быть, он страшился, что люди прознают о его "непонятном происхождении". Понятно также, что таковой же ужас обуревал Гитлера после того, как Франку не удалось обосновать, что в его жилах течет только "арийская кровь". Фест пишет: "Когда ему Судьба отца и его отношение к сыну в 1942 году сказали, что на одном из домов в деревне Шпиталь (как мы помним, оттуда был родом Иоганн Гитлер, считавшийся, согласно официальным документам, его дедом. - А.М.) установлена мемориальная доска, у него начался приступ одичавшей ярости".

2. Сразу в "законах о защите чистоты расы" отыскала отражение драма малыша Судьба отца и его отношение к сыну по имени Адольф Гитлер. Ведь предпосылкой ненависти отца к нему были подсознательные мемуары о собственном детстве и "зазорное пятно", а никак не поведение малыша. Потому у Адольфа не было никакой способности избежать побоев, а раз так, то и у евреев не было никаких шансов выжить.

Такие отцы, как Алоиз, могут даже Судьба отца и его отношение к сыну разбудить малыша, чтоб избить его. Такое случается, если в каком-то обществе им не хватает убежденности внутри себя. Расправа позволяет вернуть им душевное спокойствие и вновь ощутить свою силу (ср. Кристиана Ф., S.190).

"3-ий рейх" был должен "очиститься" от позора Веймарской республики. Изготовлено это было за Судьба отца и его отношение к сыну счет евреев. Да и Алоиз Гитлер, мучимый стыдом за свое происхождение, срывал злоба на беззащитном Адольфе. И того также ничто не могло спасти: ни хитрость, ни прилежание, ни успехи в школе.

Адольфа не связывали с папой никакие нежные чувства (интересно, что в "Майн Кампф" он именует его "государь отец"). Равномерно Судьба отца и его отношение к сыну он проникся свирепой ненавистью к папе. Развитию этого чувства ничто не препятствовало. По-другому обстоят дела, если у отцов (либо матерей) приступы ярости чередуются с нежным воззванием. Тут ненависть не настолько ярко выражена. У этих людей другие задачи. Они выбирают для себя партнеров с таковой же искаженной структурой психики, как и Судьба отца и его отношение к сыну у их, склонных к крайности в поведении, потом никак не могут расстаться с ними и живут, ждя, что доброта возьмет верх над беспощадностью. Вобщем, они безизбежно разочаровываются. Такие садомазохистские дела еще посильнее любовных связей и представляют собой перманентное саморазрушение.

Как уже было сказано выше, поведение малеханького Адольфа никак не Судьба отца и его отношение к сыну оказывало влияние на отношение к нему отца. Побои были каждодневными. Ему оставалось только загонять боль вовнутрь, т.е. заниматься отрицанием собственного подлинного Я и идентифицировать себя с истязателем. Никто не мог ему посодействовать, даже мама, ибо она тоже испытывала ужас перед Алоизом, т.к. сама часто Судьба отца и его отношение к сыну становилась жертвой побоев (ср. Toland, S.26).

Точно такое же неизменное чувство опасности для жизни было характерно евреям в "3-ем рейхе". Попробуем представить для себя такую сцену. На еврея, вышедшего на улицу, к примеру, приобрести молоко либо хлеб, нападает штурмовик, который вправе делать с ним все, что желает, все, что ему в голову Судьба отца и его отношение к сыну взбредет и что на этот момент просит его подсознание. Еврей ничего не в состоянии сделать, точь-в-точь, как в детстве Адольф Гитлер. Если он вздумает защищаться, его забьют и затопчут до погибели. Вспомним, что доведенный до отчаяния одиннадцатилетний Адольф сбежал из дома, намереваясь вкупе с 3-мя товарищами Судьба отца и его отношение к сыну спуститься вниз по реке на самодельном плоту. За этот, если так можно выразиться, акт сопротивления отец чуть не забил его до погибели (см. Stierling, S.23). У еврея также нет никакой способности убежать, все пути отрезаны либо ведут к воротам Освенцима либо Треблинки.

Эта сцена в самых разных вариантах разыгрывалась бессчетное Судьба отца и его отношение к сыну огромное количество раз в 1933-1945 гг., и еврей, подобно немощному я ребенку, обязан был вытерпеть все. Он был обязан вытерпеть, когда с орущий, вышедший из себя, превратившийся в самого реального монстра штурмовик лил ему на голову его же молоко, а позже звал собственных сообщников, чтоб они вволю посмеялись над Судьба отца и его отношение к сыну ним (вспомним, как Алоиз хохотал при виде закутанного в "тогу" Адольфа). Снова же еврей, ради сохранения своей жизни, был должен собраться с духом и вытерпеть любые унижения, ненавидя и презирая в душе измывающееся над ним ничтожество. Думается, что так же вел себя и Адольф, с течением времени понявший, что сила Судьба отца и его отношение к сыну отца - это только нечто напускное, и попытавшийся "отомстить" ему нехорошими оценками в школе.


sudebnie-organi-tulskoj-oblasti-monitoring-smi-za-period-s-31-yanvarya-po-07-fevralya-2013-g-stranica-11.html
sudebnie-organi-tulskoj-oblasti-monitoring-smi-za-period-s-31-yanvarya-po-07-fevralya-2013-g-stranica-8.html
sudebnie-organi-tulskoj-oblasti-monitoring-smi-za-period-s-4-po-11-aprelya-2013-g-stranica-2.html